С электрички - на машину времени

Лестница в небо
Энергетика места такова, что там с моих плеч пала земная ноша. В прямом смысле: без видимых причин в путешествии по Маяцкому городищу - части уникального музейного комплекса - лопнул ремень сумки. И оная со всей дури плюхнулась в дикую дивногорскую траву - только меловое облачко вспорхнуло. Не иначе албасы резвились - духи умерших женщин, восставшие из соседствующего с городищем могильника (в котором - около пятисот захоронений). С них станется; женские духи у аборигенов-язычников считались наиболее коварными…

Экскурсионный маршрут к археологическому парку проложен по лестнице в небо; крутых ступенек, посчитали самые любознательные, - больше четырехсот. На подъеме (сразу после того, как мы миновали пещерную церковь Сицилийской Божьей Матери, основанную украинскими иноками) встретил нас проводник, то есть гид.

Про албасов и прочую старину рассказывала Асте - в миру Екатерина Поминова, сотрудник заповедника. Костюмированная девушка с глиняным оберегом на груди (конкретная примета времени - того; рисунок - из разряда археологических находок) комментировала открытие археологического парка, попутно просвещая насчет исторической обстановки, которую он призван реконструировать.

На костях каганата
- Тысячу лет назад, - говорила Асте, жестом призывая нас полюбоваться современным бескрайним простором, - здесь жили люди. В седьмом веке образовался хазарский каганат - мощное воинственное государство, объединившее разные племена. Основными из них были болгары, аланы и кочевые хазары. Поселение состояло из нескольких частей. Во-первых, крепость, где жил наместник хазарского кагана со своим семейством и слугами - очень хорошо укрепленная, окруженная рвом, вырубленным вручную. Из блочной вырубки сделали крепостную стену шестиметровой ширины. В крепости располагалась цитадель, призванная в минуту опасности приютить жителей близлежащего селища.

Люди, пришедшие сюда (в основном - с предгорий Кавказа), поначалу строили привычные им юртовые жилища. Однако местный климат скоро дал понять, что юрты - дома холодные и ненадежные. И постепенно аланы переняли принципы строительства у соседей - славян-вятичей, живших по левую сторону Дона. Стали сооружать полуземлянки: в мелу вырубалась яма, сверху покрывалась крыша. На полу - по центру - горел огонь. Это - аланский вариант очага, сделанный в традициях юрты; у славян огонь разводили по диагонали от входа.

В состав Маяцкого городища входил и хутор гончаров: аланы изготавливали там гончарную посуду. Очень качественную, ориентированную на продажу - кружки, кубышки и прочая утварь; аланы - один из первых народов, выделивших ремесло в отдельную отрасль. Занимались этим, в отличие от славян, в основном мужчины, приходившие на работу в специальный поселок. Мастера почитались чуть ли не магами и колдунами, поскольку главным богом в языческом пантеоне алан был бог огня, солнца, света.

Аланское городище долго не просуществовало - всего-то по середину десятого века. Хазарский каганат пал под натиском славян, и аланы вернулись восвояси - в предгорья Кавказа, откуда некогда были выбиты войнами. Частично аланы ассимилировались в ряды славян-вятичей. А обжитая ими территория на долгое время превратилась в так называемое дикое поле. Первые археологические раскопки - пробные - здесь начались только в начале двадцатого века. Основная волна пришлась на семидесятые-восьмидесятые годы.

Потрогать ремесло…
Так или иначе, посейчас кочевая степь Дивногорья первозданность свою являет в полном формате. Это мы ощутили на собственных шкурах, двигаясь в направлении очередных экскурсионных приключений - встреч с поющими древними русичами (музыканты-этнографисты академии искусств), бойкими византийскими купцами (ищущими, как и мы, аланский стан мастеров) и путником, которому все пути-дороги ведомы. Однако прежде, чем указать нужную, этот мудрый индивид попытал нас на предмет владения темой: задавал вопросы по тексту, рассказанному Асте. Я еще не видела, чтобы народ без понуждений всею массой своей участвовал в подобных конкурсах и викторинах; тут же взрослые люди отрывались, как дети. Атмосфера, однако: стихия в натуре - сама естественность и непринужденность…

Благополучно пройдя испытания, прибрели мы в тот самый археологический парк, ради которого ехали в Дивногорье - город мастеров. Среди последних не только гончаров встретили. Прямо посреди селища раздували кузнечные меха подмастерья - во внеаланской жизни Иван и Юрий, работники воробьевской кузницы. Рядом жарко пылал горн, за которым трудился самый настоящий профессиональный кузнец - подкову ковал на глазах восхищенной публики. Правда, магия какая-то…

Деревообработку представлял художник Сергей Горшков. «Древние народы, - объяснял, - очень любили дарить детям подарки, сделанные своими руками. Брали чурочку такую, обстругивали, делали глазки-ротик; вот (показывает на свою «скатерть-самобранку», на земле разложенную и товаром заставленную - авт.) примеры, изготовленные по археологическим образцам. Дети этих куколок пеленали, одежду им мастерили - развивались». Туловище «чурочки» расписано на манер оберега: звездочка выжжена - знак солнца. От него - свет и жизнь. Треугольник основанием вниз - обычное обозначение земли, на которой дитяте желалось твердо стоять. Ну, и так далее… Еще коня любили ребенку дарить - как символ трудолюбия и благосостояния.

Лозоплетением также много пришлых (туристов то есть) заинтересовались; сели рядом с мастерицей - и давай по ее примеру лыковых куколок плести: вот головка нарисовалась, вот - платьице. Из соломы тоже завлекательные штучки делались. А гончар Сергей Муравьев вообще зрелищный мастер-класс устроил. Мальчонку к гончарному кругу посадил, дал кусочек глины подготовленной - и юный ремесленник старательно приступил к делу. Под чутким руководством Сергея: «Пальчик - в центр, и нажимай посильнее. Про ноги не забывай. А теперь - бока ровняй…» Потрогать древнее ремесло - вот как это называется. Потому что, пояснил мастер, станок сделан - точь-в-точь как в старину. Короче, полный восторг и поклонение рукодельникам…

Естественно, в этом же селище нашли мы и жилища древних аланов: юрты и полуземлянки. В юрте - уютнее, я бы сказала: и вправду очаг посередине - культурный такой, камнем выложенный. На стенах трофейные шкуры подвешены, травки сушеные в пучках, выглядящие несколько мистически; я, со скидкой на антураж, о рухнувшей сумке вспомнила. А в полуземлянке - о современных деревенских сараях. Все без иноземного изыску и претензий: низкие стены глиной обмазаны, на полу мешки полупустые свалены - картинка не эксклюзивная…

Память, настоянная на чабреце
На прощанье хозяева запланировали для гостей раритетное угощение - степной чай на травах с лепешками, по аланской технологии приготовленными. Но знойное лето 2007-го (а на меловой верхотуре, где расположен заповедник, пекло в самые горячие деньки достигало шестидесяти градусов) разогнало народ раньше положенного. Однако, похоже, те, кому травяного напитка не досталось, особо не прогадали. Потому как густой настой заповедной растительности целителен и вкусен сам по себе. Не только чабрец со всякими крестоцветными ради этого цветут и пахнут; время, пространство, история, генная память - тут все-таки на первых ролях. Недаром подножие, так сказать, природного музея - прибрежную (ивовую) часть Тихой Сосны - облюбовали многочисленные ролевики. Кто не знает: это люди - в основном, молодые - увлеченные исторической реконструкцией и играющие в соответствующие игры. Всерьез. Бродит по ивовым зарослям народ в кольчугах и при латах вперемежку с туземцами - историческую правду ищет. На предметном уровне, и не только. Лучшего места, чем Дивногорье, для того чтобы познать эту правду в деталях, распробовать на вкус и цвет, трудно вообразить.

Анна Жидких