Вот это, батеньки, художник!..

Если душа - широкая
Богатство форм, смелые колористические и пластические изобретения, сплав фантазии и реализма (кое-где - до сюра), свежесть экспрессивных пастозных композиций; органика всюду - просто потрясающая.

Живопись, графика, скульптура, малая пластика - это из ожидаемых встреч. Неожиданность же (не думаю, что только для меня) - объемная эмаль. Глядя на остроумные и просто умные, эмоционально-сочные работы («Не мудрый пескарь», «Греки», «Стас и Гэдо» и др.), совсем не думается о сложнейшей исполнительской технике, которой Зураб Константинович посвятил серию экспериментов, ведущихся еще с 70-х годов прошлого века. Экспериментов удачных, как показала практика…

Вообще в плане использования техник Церетели по-настоящему всеяден (есть в экспозиции еще и шелкография); это, поняла я при личном общении, от интереса к жизни - как такового. Отсюда, видимо, и дружелюбие - непоказное. Разговаривая с журналистами, всемирно известный художник не сопроводил издевкой ни один пустопорожний вопрос. Даже намеком не проявил эдакой, знаете, снобистской снисходительности: дескать, ну и примитивное же у вас, провинциалов, любопытство (чем, кстати, напомнил еще одного человека мира, оставившего Воронежу наидобрейшую память о себе - Мстислава Ростроповича). А попрощался - с чисто грузинской широтой: «Приезжайте в Москву - и сразу к Зурабу!»

Суриковка с воронежской пропиской
«Человек мира» - не отвлеченное понятие. Хотя фамилия Церетели - сама по себе знак, сопроводим ее титулами, заслуженными за долгие годы творчества. Зураб Константинович носит официальное «звание» «Посол Доброй Воли ЮНЕСКО». Кроме того, он - почетный профессор Брокпортского университета изящных искусств (США), действительный член Грузинской академии наук, член-корреспондент Королевской академии изящных искусств Сан Фернандо (Испания). Особо прониклась масштабом таланта маэстро Франция: Церетели - не только член-корреспондент Академии изящных искусств, но и Офицер Ордена искусств и литературы этой страны. А про частные дружбы художника с великими можно рассказывать часами. Спросили его, к примеру, о «связях» с Де Ниро и услышали про то, как идя по Нью-Йорку, великий российский монументалист увидел сходку народа, оказавшуюся киносъемкой. Снимали как раз Де Ниро: он, узрев Церетели, бросил все дела и расцеловался с другом. «Режиссер обалдел, разозлился, начал кричать, но помешать нам не смог…»

Для нас, однако, важнее российская регалия художника: Зураб Константинович - президент Российской академии художеств. Воронежу от этого - хорошо! Почему? А потому, что на базе нашего художественного училища будет создан филиал института им. Сурикова, патронаж которого Академия и осуществляет. По сей приятной причине в Воронеж приезжал не только Церетели, но и еще один выдающийся скульптор, ректор Суриковки Анатолий Бичуков (сделавший, напомним, для нашего города памятник Есенину). Анатолию Андреевичу - персональное спасибо: именно с его подачи процесс пошел…

Смысл превращения нашего учебного заведения в академический филиал Церетели объяснил с легкостью. Школа изобразительного искусства - и петербургская, и московская - счастливо сохранилась, и передать тонкости мастерства, продолжить эту школу - необходимо. «Чтобы развивать искусство, нужен опыт академиков и педагогов, которые проводили бы мастер-классы».

Мастер-классы, убежден художник, не только специалистам нужны, но и - потребителям искусства, а также журналистам. «Надо зайти в Эрмитаж, описать грамотно картину - в тонкостях, которых народ не знает. Как за рубежом. Там одного корреспондента отправили в Африку, в одну из стран, где люди гибнут от СПИДа. В наказание: чтобы не вводил народ в заблуждение, не говорил о том, чего не понимает…»

Адмиралтейка ждет Петра
Соглашение о придании Воронежскому художественному училищу нового статуса было подписано в тот же день - в кабинете губернатора Владимира Кулакова. При этом Владимир Григорьевич рекомендовал всем присутствовавшим общаться с Церетели не в губернаторской резиденции, а в столичной мастерской-галерее мэтра, на Пречистенке; об этой мастерской легенды ходят - настолько там интересно. Ахматова, Цветаева, политики и художники прошлого - в соседстве с Вознесенским, Башметом, Спиваковым… По какому принципу останавливается на том или ином объекте взгляд скульптора? «Не я выбираю натуру для портрета: сам предмет диктует решение».

- А у меня, когда бываю в Москве и вижу памятник Петру I работы Церетели, - делился губернатор, - сердце начинает щемить. Воронеж - колыбель российского флота, основанного Петром. В городе есть хороший памятник ему. Но нужен бы еще один: на набережной Адмиралтейской площади, около церкви, где император освящал первые российские корабли.

Церетели вероятность появления в Воронеже «чего-нибудь своего» не отрицал: было б, сказал, ваше желание. И озвучил еще одно предложение «для вашего прекрасного города»: рассмотреть проект и концепцию работы культурно-торгового центра.

Сказал, что мы добрые
Воспитательным аспектом изобразительного искусства Зураб Константинович озабочен особо. В частности, мой вопрос «что интересно сегодня, кроме искусства?» высветил то, что называют гражданской позицией.

- Кроме искусства мне интересно, чтобы в любом направлении - шагали через искусство. Чтоб с его помощью боролись, например, против терроризма, СПИДа. Мы в Америке поставили сорокаметровую скульптуру, где - четыреста фамилий погибших при теракте 11 сентября. Это дар российского народа американцам, который сработал; я недавно ездил посмотреть - сидят у этой скульптуры люди. Родители, дети погибших. Подошла женщина, которая потеряла мужа и двух мальчиков - в офисе, где они находились, погибли все, от президента до уборщицы. И искусство дает возможность помнить об этом, предупреждать такие беды. Когда была у нас чума - в каждом городе устанавливали обелиск, не дающий забыть об опасности. А вчерашний день вспомните: стояли везде Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин - это ж идеология! Сила искусства…

Сила искусства воронежского удостоилась превосходных степеней. Огромное удовольствие, по признанию Церетели, доставило ему посещение детской художественной школы. «Работы ребят говорят о том, что это поколение - доброе. Очень понравилось мышление детей». За доброту, кстати, художник и в целом Воронеж похвалил (может, не такие уж мы жлобы, какими слывем?). «Я, - сказал, - привык к тому, что меня критикуют. За то, что не умею маленькие скульптуры делать - только большие. Поэтому ждал от вас критики, а услышал такие приятные слова». Ту же мысль продолжил в ответ на предложение «сказать что-нибудь» всем воронежцам: «Думаю, я все сказал, развесив здесь свою выставку. Меня часто спрашивают, откуда я беру силы на новые работы. Могу громко сказать: от вас! Как выезжаю из Москвы - вижу добрые лица, и это поднимает мой тонус».

Персональные выставки Зураба Церетели объехали почти тридцать российских губерний, подтвердив «народность» художника в реальности. Хотя, конечно, не только в географических параметрах она измеряется. «Все, что я делаю - земля дает, люди дают. Когда я изучил все, что есть в мире - еще больше его полюбил».

А насчет критики… Иначе как завистью бездарей и чинуш ее, по-моему, не объяснишь. Так уж повелось на Руси, к сожалению: чем человек светлее, умнее и трудолюбивее - тем больше «лая» в его адрес. Дабы не путать грешное с праведным, закончу тем же, чем начала: сходите на Кирова. Лучше один раз увидеть…

Анна Жидких