Газета,
которая объединяет

Рукотворная республика

В выставочном зале на Кирова – «Летняя палитра»
Рубрика: Культура№ 86 (1369) от
Автор: Оксана Мишина

Лето, как ни жаль, клонится к закату; скрасить этот безот­радный факт вполне по силам выставке декоративно-прикладного творчества, открывшейся на днях в городском выставочном зале на Кирова. «Летняя палитра» – так назван вернисаж, способный отчасти скомпенсировать естественное увядание природы, закономерное для августовских дней.

В природе, на открытом воздухе, яркости заметно поубавилось – зато на выставочной площадке, посещение которой не требует от зрителя ни копейки, действительно явлены все краски палитры. И их многочисленные оттенки.

Ленский нижет бисер

Традиционная летняя выставка умельцев – привычный (для постоянных посетителей экспозиций прикладников) город мастеров, населяют который знакомые все лица. Новички, впрочем, тоже встречаются, и в этой связи – первое интересное знакомство.

Увидев около одной из выставочных витрин артиста театра оперы и балета, обладателя красивого тенора Дмитрия Башкирова, подумала поначалу, что певец решил приобщиться к прекрасному, будучи в роли зрителя. Оказалось – как бы не так; роль еще менее «ожиданна», чем я могла себе представить – профессиональный актер выступает на Кирова в качестве автора. Демонстрирует собственные труды – изящные изделия из разноцветного бисера и еще более изящные поделки, сочетающие несколько материалов и техник. Так, любовалась я красивыми (и работающими!) часами, циферблат которых вмонтирован в дерево из пластика, обработанного специальным образом – вместо листьев «растут» на нем бело-голубые полудрагоценные камешки. Эстетика, отсылающая к элитному искусству музыкального театра: чистота стиля называется, а еще – дело вкуса. Воспитанного.

Похвальны и сами старания, приложенные Дмитрием для овладения скрупулезным и трудоемким мастерством – он научился ремеслу самостоятельно, без учителей. Читал книжки, путешествовал по Интернету – и результат не заставил себя ждать. А в основном своем качестве порадует (я в этом не сомневаюсь) Башкиров воронежцев уже скоро: в наступающем театральном сезоне театр сдаст долгожданную премьеру «Волшебной флейты», где Дмитрий исполнит одну из главных партий. Тот, кого не прельщает перспектива долгого ожидания встречи с башкировским вокалом, может на премьеру не ориентироваться: певец чудо как хорош и в роли Герцога из «Риголетто», и в образе Ленского из «Евгения Онегина», а уж Дьяк из «Ночи перед Рождеством» он и вовсе замечательный.

На лирический лад

Не менее удивительным, чем «перевоплощение» Башкирова, было и то, что он оказался на Кирова не в одиночестве: еще одна певица легко и надолго привлекла зрительское внимание. Правда, пока не профессиональная: пятнадцатилетняя Софья Онопченко, если пользоваться сказочным парафразом, не волшебник – она только учится. В музыкальном колледже, на отделении сольного народного пения, у известной в Воронеже (и не только) народницы Екатерины Молодцовой. Поступила Соня туда недавно, а до того момента занималась в Доме культуры «Восток». Там талант и проявился.

– Мой первый руководитель – директор ДК Ольга Николаевна Кувшинкина, – рассказала девушка. – Вообще-то я начинала с танцев, а в 9 лет пришла в фольклорный ансамбль «Востока». Сначала пела хором, а когда солистки ушли из коллектива (стало им неинтересно народное пение, заменила его современная эстрада) и я осталась одна, – почувствовала русскую песню, зажила ею. И до сих пор люблю настолько, что решила посвятить жизнь профессии певицы-народницы.

Софья, в отличие от своего многопрофильного коллеги, никакого рукоделия не представила, но это обстоятельство не помешало ей «вписаться» в ход выставочных событий самым гармоничным образом. Онопченко, собственно говоря, сделала церемонию открытия именно церемонией: музыкальной, лиричной и светлой. Песни из репертуара Людмилы Зыкиной и Екатерины Молодцовой публика приняла так же тепло, как и собственно выставочные экспонаты; создание должной атмосферы – дело не менее значимое, чем просмотр авторских предложений.

Не без царя в голове

А посмотреть на что – есть (выставка проработает почти до конца месяца). В унисон репертуару юной певицы, с лихвой в экспозиции предметов, иллюстрирующих старинные народные промыслы. Желающий может, к примеру, в деталях изу­чить крестьянский костюм того или иного уезда Воронежской и сопредельных с ней губерний – хотя бы на примере изделий сестер Нины Тарасенко и Людмилы Дыхановой. Посетитель, интересующийся культурой русской экипировки, так сказать, по совокупности, не преминет полюбопытствовать на валяные изделия Ирины Шальмэ. Обычными одноцветными валенками, посейчас популярными в деревне, никого не удивишь, а в арсенале Ирины – не только экологически чистая и «здоровая» обувь, но и стремительный полет живописной фантазии. Одежды на выставке тоже хватает: вещи шитые и вязаные (в основном женские и детские) – явно не с магазинных развалов.

Особы, предпочитающие эксклюзивные украшения безликому ширпотребу, оценят самодельные сережки, миленькие кулончики, затейливые мониста; вариантов тут – множество. В этом ряду – и вырезанные из дерева «штучки», и вязаные, и кожаные, и металлические, и пластмассовые. Есть в экспозиции тканевые картины и гобелены: мозаика, шерсть, шелк. Богат, как всегда, набор керамических изделий; так приятно от выставки к выставке встречать, в частности, глиняные свистульки признанной рамонской мастерицы Галины Котельниковой – хочешь, в руке держи, хочешь, на шею повесь на шнурочке, хочешь, немедленно проверь изделие в деле, посвисти. А можешь и сам изваять нечто подобное: умелица подробнейшие мастер-классы проводит.

И, конечно, игрушек всяких-разных – на целый «Детский мир» хватит. Им по традиции отдан целый зал, который называют «красным». Там у каждого автора – свой именной уголок: кто-то из папье-маше делает кукол, кто-то – из пластика, ткани и т.д. Это, пожалуй, самый образный раздел выставки: каких только персонажей ни встретить! И Баба-яга прекрасно тут поживает, и фрейлины в кринолинах ждут своих поклонников, и собаки с зайцами присутствуют, и даже… его светлейшество Петр Первый! «Это что, шарж?», – тронул меня за плечо один из зрителей, скорчив ироничную гримасу. Может, и так; главное – кукла узнаваема и сделана с воображением.