Газета,
которая объединяет

Первый киллер на деревне

Две истории о новой «специальности» сельских тружеников
Рубрика: ЧП/Криминал№ 79 (1939) от
Автор: Алексей Павлов

Есть у Шукшина рассказ «Жена мужа в Париж провожала». Крестьянского сына окрутила городская бабенка, а тот, простая душа, не принял стяжательского уклада и... Трудно представить, чтобы постперестроечные герои мучились над вопросом: что делать, как жить? За них давно все решили герои нынешних сериалов: «не бери в голову», «не парься». Есть и другая примета времени: стерлась грань между городом и деревней. И на селе освоили заграничную профессию – киллер.

Прошло даже по меркам одной жизни не так много лет, но нравы изменились в корне. Наша крестьянка по имени Любовь конфликтовала с бывшим мужем на почве раздела имущества, а чтобы не лишиться части нажитого добра, нашла простой выход – убить благоверного. Отыскался посредник по фамилии Бодров и киллер по фамилии Хмарик. Один был безработным, второй – слесарил в совхозе. По рукам ударили в селе Солонцы, причем, как и следует по законам жанра, заказчик не видел исполнителя, концы с концами сводил посредник, оценив свою работу в 2 тыс. долларов.

Получив задаток в 10 тыс. руб., посредник дал исполнителю команду: «Пора». Словом, все было, как в тех фильмах, которые мы каждый день наблюдаем на телеэкране, за исключением разве только того, что 22-летний исполнитель пока не набрался страшного опыта и пошел на «мокрое дело», прихватив кухонный нож из набора, висевшего на стене.

«Хмарик, – как сказано в обвинительном заключении, – стал наносить жертве удары в грудь, живот, туловище с особой жестокостью». От такого усердия орудие убийства сломалось, и тогда Хмарик принялся добивать жертву подручным средством – деревянным колом, выломанным из штакетника.

В общей сложности начинающий деревенский киллер-самоучка нанес... 32 раны и 38 ссадин.

Об исполнении было доложено в тот же вечер соискательнице мужниного добра, которая передала посреднику еще 15 тыс. руб.

Нравы общества и тут не нарушились: заказчица обещала 2 тыс. долларов, а отдала 25 тыс. руб., посредник тоже «кинул» исполнителя, то есть киллера, вручив 4 тыс. руб. да плюс золотую печатку стоимостью 2574 руб. Получается, что за каждую рану и ссадину киллеру даже стольника не перепало...

Такая жуткая арифметика. Но – считать, так до конца. Если герой Шукшина простился с жизнью, не выдержав давившей на душу пошлости накопительства, то «герои» нашего времени за свое добро держатся мертвой хваткой, торгуясь и кидая друг друга в буквальном смысле на краю могилы.

На полученный гонорар Хмарик купил себе рубашку и брюки, а ту рубашку, в которой убивал, сжег, предварительно срезав пуговицы (не пропадать же добру); они и оказались позже в пакете с вещественными доказательствами. Ну а Любовь Просвирина рассчиталась за убийство бывшего мужа, продав зерно, полученное в местном хозяйстве. Эта история произошла недалеко от областного центра в Каширском районе.

Иван Васильевич меняет профессию

А вот история-близнец, случившаяся когда-то в Новоусманском районе.

Работник маслоцеха Иван Васильевич Фролов в селе Парусном считался человеком зажиточным. Вид имел соответствующий: выпуклый живот, обрюзгшее лицо с сизоватым отливом – все это говорило о достатке и чувстве самоуважения. За годы руководящей работы в маслоцехе Фролов по местным меркам достиг больших высот, сумев повернуть маслопотоки так, что они не могли миновать его. Жители шли к нему на поклон, от безденежья просили масло взаймы, которое затем продавали по обочинам дорог или сдавали барыгам на рынок, получая копейки. Ну а сам завхоз Фролов имел не копейки и не рубли – разъезжал на 150-сильной навороченной «Волге», возвел три дома, один из которых высился в центре Парусного, подавляя своей массой правление хозяйства.

Основательность Ивана Васильевича пошатнулась с приходом нового директора опытно-производственного хозяйства, которым стал несолидный, с точки зрения Ивана Васильевича, человек, бывший «инженеришко» Конев, собственными руками ремонтировавший свою машину. И этот несерьезный человек посмел затеять в маслоцехе ревизию, которая тут же обнаружила неучтенной продукции на 150 тыс. руб. Началось следствие, Фролова отстранили от работы, а поскольку Иван Васильевич прочно вошел корнями в финансы «своего» цеха, он стал наводить справки, и через тех же барыг на рынке узнал, что почем в этой жизни.

Прейскурант услуг «братвы» был такой: 3-4 тыс. руб. стоит просто припугнуть человека; избить – 10 тыс.; ну а такса на ликвидацию – тоже 10 тыс., только уже не руб., а «зеленых». Выбрав «услугу» в форме избиения, Иван Васильевич вскоре узнал и другую часть теневой коммерческой жизни. Городские братки, приезжавшие в Парусное на синем «Форде», были поопытней сельских киллеров, и прежде, чем исполнить заказ, они принялись выяснять корни конфликта. Оказалось, что Иван Васильевич передал неверную финансовую информацию, выдав совхозный цех за свой собственный. Такое не прощалось: это был ложный вызов, а за него надо платить; такса та же, что и исполнение – 10 тыс. руб. Не заплатишь – заработает счетчик.

Поупиравшись, Иван Васильевич заплатил, но от своего плана не отказался, только решил сэкономить, подыскав исполнителя попроще, из сельских. Через посредника Фролов вышел на безработного парнишку из райцентра — 28-летнего Геннадия Лыгина. Геннадий не был профессионалом и взял поменьше – три тыс. долларов, из них тысячу – авансом.

Директор Конев был убит в собственном гараже, ружье киллер зарядил двумя патронами – один с крупной дробью, второй – с картечью. Уходя огородами, Лыгин выбросил ствол в заросшую травой яму, а на следующий день доложил Фролову: «Заказ выполнен». «Знаю, – довольно ухмыльнулся тот. – С ночи по деревне шорох идет».

Но не получил Геннадий обещанных баксов. Бывшего завхоза Ивана Васильевича, ставшего настырным заказчиком, быстро вычислили оперативники, а вскоре взяли и киллера Гену.

Чтобы страховка не подвела

В Воронежской облпрокуратуре мне предлагали на выбор и другие громкие дела, связанные с убийствами на селе, сокрушаясь при этом: «Что деньги с людьми делают...»

Наверное, не только в деньгах дело. Как писала одна газета, в обществе «без страховки» нет предела падению человека. Раньше был деревенский детектив, теперь появился деревенский киллер.

Кстати, наказаны сельские исполнители сурово: в первом случае цепочка: заказчица, посредник, киллер, на троих получили 46 лет, вторая история не менее печальна: убийца Лыгин осужден на 16 лет, заказчик Фролов приговорен к 15 годам. И в том, и в другом случае киллеров-дилетантов изловили очень быстро. Но совершенству, как известно, нет предела.

Фамилии некоторых героев этой публикации изменены. Места действия – подлинные.

кстати

В 2015 году в Коминтерновском Левобережном, Аннинском, Новоусманском, Богучарском, Новохоперском и Таловском районах отмечен рост числа убийств.