Тонкая яблочная кожура

Бывает, колонку привязывают к дате. Например, 20 июля  1534 года в Кембридже появилось первое в мире издательство, а 19 июля (но через триста лет во Франции) была сделана первая в мире фотография. Года разные, но даты близкие и провоцируют разговор о периодической печатной продукции, о газетах. Тогда зарождались, сегодня – умирают.

Но мы не будем устраивать корпоративный треп. Интереснее другое: что будут печатать в газетах после смерти газет? Есть мнение, что когда СМИ со всякими новостями совсем переселятся в Интернет, на бумаге станут издавать совсем особенные тексты. Скажем, публицистика не о суетном, а о вечном. Достойная древнего бумажного формата.

Не знаю, как в Англии или Франции, но насчет русских газет ближайшего будущего мне было явлено откровение. В них будет сплошная Идеология. Всякая, но обязательно она будет сводиться к одному – к обоснованию конкретного нового великого свершения русского народа.

Картина такая. Мало для кого сегодня является секретом, что мы вступили в очередные Темные века. Но рук опускать нельзя.

Однажды мир сумел выпрыгнуть из Темных веков при помощи беспрецедентного доселе явления – крестовых походов. Как XX век без атомной бомбы, так Средневековье нельзя представить без крестовых походов. И ключевое слово тут – поход, действие, на которое переключили темную энергию масс.

Тогда (кстати, это было десять веков назад) европейский мир был сильно перегрет. Зависть, нехватка ресурсов: брат шел на брата. Все готовы были поубивать друг друга и поубивали бы, можете не сомневаться, если бы эту агрессию не канализовали в нужном направлении.

Сейчас мы убиваем друг друга жадностью, разгильдяйством и трусостью (последняя понимается как потворство чужому разгильдяйству). Те, у кого «и так все есть», очертя голову накапливают еще больше, вызывая ненависть тех, у кого «ничего нет». В общем, как выразился современный поэт, «на соседский достаток в обиде,// Не очистив от ржавчины плуга,// Все честят, на завалинке сидя,// Поливая проклятьем округу».

Ситуация эта пугает. Как и в средние века, требуется смысл жизни, чтобы на него прямо указали. Мне возразят: дескать, я и без подсказок живу тут со смыслом. Что ж, поздравляю вас, но вы уверены, что в большинстве?

И большинству укажут цель. Идеология будет проста и основана на инстинкте самосохранения и надежде на чудо. Христос, приходится признать, в наше время вселенской ценностью не является. Но всеобщее спасение как никогда актуально.

Впрочем, как в средние века не обошлось без Христа (хотя от Его имени творили злодеяния и убийства), так, думаю, и сейчас не обойдется. Из христианства же возьмут только эсхатологические ожидания, которые к тому же связывают не с библейскими пророчествами, а с неким календарем народа майя. И этот ориентир лишний раз подчеркивает научно­языческий симбиоз, характерный для современной цивилизации. Ученые разгадывают древние письмена, а больше – опровергают, но это абсолютно не мешает массам верить в предсказательность «календаря майя». И главное – по­моему, к чему­то такому склоняются и сами ученые, но их вера зиждется на участившихся (якобы?) наводнениях и землетрясениях.

Надо спасать мир, и центральное место здесь отведется России. Во­первых, не закончилась же ее Великая Миссия на победе над Гитлером. Во­вторых, – см. выше, иначе мы просто пережрем друг друга. Место приложения сил страны, та точка опоры, что искал Архимед, чтобы перевернуть мир, должна быть связана с нашей страной. Может это будет Тунгуска, может еще что. Но призыв должен быть таким же адресным, как некогда пламенный зов папы Урбана II опоясаться крестом.

Земная ли ось начнет резко смещаться или от солнца кусок отвалится, это нам объяснят популярно. Объясняли же нам ученые про андронный коллайдер, не важно, что сами мы потом ничего повторить не можем. Суть в том, что настанет время, когда каждый должен будет проявить себя, иначе – кирдык. Это будет великое подвижничество (рядом с которым Сочи­2014 даже не стояло), но не обязательно разумное.

Зато на его фоне многое откроется, многое станет откровенно нелицемерным. Страшные новости перестанут быть темами для толчения воды в ступе. Как им и подобает, сведутся к ориентированию «что? где? когда?». В цене будут идеи не как заработать, а как выжить. Перестанет бездумно дублироваться раскаленный хаос. Вместо него – сюжеты о героях, которые последовательно сохраняют «тонкую яблочную кожуру» (так Ницше называл цивилизацию) над ним.

И история двинется вперед. Как закрутилось ее колесо (просто не могло оставаться на месте) после крестовых походов.

Думаете, это все фантазии? Через каких­то пару лет будет интересно проверить, прав я или нет.

Ясно, что нынешнее зависание над пропастью не может длиться долго. Что­то обязательно произойдет.