Фанат всего
Пару недель назад воронежские интернет-форумы облетела новость: в областной больнице под аппаратом искусственного дыхания умирает Игорь Шилин, которого многие жители нашего города знали не по имени и фамилии, а по прозвищу – Кувалда. Сотворить чудо светилам медицины не удалось, и 24 августа перенесший тяжелый инсульт больной ушел из жизни.
Этого парня, которому Господь отмерил только 40 земных лет, нередко называли «фанатом всего». Без него не обходилось практически ни одно значимое мероприятие – будь то спортивное соревнование, рок-концерт, бардовский фестиваль, политический митинг, выставка или какой-нибудь «чемпионат анекдотов». И везде он волей-неволей оказывался в центре событий. «Заводил» трибуны, требуя поддерживать любимую команду и на ходу придумывая новые «кричалки», которые через пару минут сам же забывал, громче всех горланил на рок-тусовках.
Его знали не только в столице Черноземья, но и далеко за ее пределами. Вряд ли можно перечислить все российские города, в которые он отправлялся поддержать «Факел». Как Игорь добирался до сибирских или неспокойных кавказских регионов – разговор отдельный. Чаще всего, разумеется, продвигался к пункту назначения на электричках, делая по пути кучу пересадок. И везде его встречали с радостью («О, да это же Кувалда – прикольный воронежский пацан!»), уже предвкушая нескончаемую лавину всевозможных баек, на которые тот был ох как горазд.
Вот цитата из «Спорт-Экспресс» 11летней давности, рассказывающая о «приключениях» нашего земляка во Владикавказе. «Первым – еще за двое суток до матча – прибыл самый, пожалуй, известный воронежский фанат по кличке Кувалда. Он путешествует в одиночку на электричках и с гордостью вспоминает, что единственный из группировки Fiery Power («Огненная сила») в прошлом году побывал в Тюмени и Томске, где подружился с местными болельщиками. Во Владикавказе Кувалда тоже нашел друзей, причем, в первую очередь, среди работников ФК «Алания». Особой симпатией проникся к вояжеру заместитель гендиректора Султан Токаев, устроивший ночевать воронежца в одном из уютных клубных кабинетов. Тот после сытного обеда за счет гостеприимных хозяев почивал под бдительной охраной сторожей».
В родном городе к Кувалде относились по-разному. Одни его откровенно презирали, считая, что человек, у которого не все в порядке с головой, иного и не заслуживает. Для нашего общества это, к сожалению, норма. И не хочется рассуждать об умственных способностях самих людей, которые, лишь заметив больного человека, уже готовят для него матерный спич, рассчитывая на одобрительный ржач своего окружения.
Для большинства же воронежцев, сдается мне, Кувалда все-таки был безобидным, всегда позитивно настроенным человеком. Их не раздражали его фантастические истории, которые тот излагал с абсолютно серьезным лицом. Не раз доводилось слышать, как кто-то из воронежцев, коротая время у стадиона перед началом очередного матча, окликивал «фаната всех времен и народов»: «Игорек! Хорош орать! Расскажи лучше, как вы с Костей Кинчевым у тебя дома бухали!» Тот подходил и начинал травить байки, излагая лучшее из своего «собрания сочинений». Весь Воронеж знал, что любовницей Кувалды была Мадонна, что он не успел вовремя позвонить Курту Кобейну и отговорить того от самоубийства, что его стараниями в нашем городе дадут концерты «Скорпионз», «Металлика», «Сепульутра» и другие культовые группы. Входя в раж, Игорь рассказывал, как летал в Америку на посиделки с рок-звездами и чуть ли не на тех же электричках как-то смотался в Мюнхен на матч «Баварии».
Частенько доводилось пересекаться с ним на остановке у Северного универсама. Изучив публику, Кувалда вычислял «свободные уши» и тут же находил тему для общения, которого ему постоянно не хватало, со случайным знакомым. Несколько раз, увидев в моих руках свежий номер «Спорт-Экспресса», подходил он и ко мне. Начинал с вопроса «Че пишут?» и, не дожидаясь ответа, добавлял: «А ты новость-то слышал?» Следом из него сыпался целый поток тех самых «новостей».
В течение пары минут я узнавал последние события местного, российского и мирового футбола с соответствующими комментариями. Что-то из услышанного потом подтверждалось, многое, разумеется, оказывалось чистейшей выдумкой. Кувалда, впрочем, заранее предупреждал, что часть информации – исключительно «эксклюзивная»: дескать, звонил ему сегодня с утра пораньше Евгений Гинер или там Юрий Семин, советовался, но просил о беседе не распространяться. Ну а мне-то он все это рассказал исключительно потому, что человек я, видно, хороший и слухи распространять не стану.
Смерть Игоря потрясла многих воронежцев. Люди, повторюсь, по-разному к нему относившиеся, сходятся в одном: город потерял один из своих неофициальных символов. Он был не таким, как все, и второго Кувалды уже никогда не будет. Земля тебе пухом, фанат всего!
