Александр Васильев: «Критику из моих уст принимают с благодарностью!»

В Воронеже с четырехчасовой лекцией «Религия, секс и мода» выступил историк моды, сценограф, декоратор, коллекционер, автор популярных книг и статей, ведущий популярной программы «Модный приговор» Александр Васильев.

Украинские тенденции

Перед началом выступления Александр Васильев с удовольствием пообщался с воронежскими журналистами. Известный своей большой коллекцией антиквариата, он в Воронеже посетил несколько антикварных магазинов. «Самое ценное, что я у вас нашел – коллекция древнеримского стекла. Я купил флаконы для духов, которые продают бедные сирийские студенты, приезжающие учиться в Россию».

– Говорят, что мода – это лакмусовая бумажка, которая отражает настроения общества. Как, на ваш профессиональный взгляд, нынешние войны отражаются на моде?

– Стиль милитари – самый популярный сегодня. В моде сочетание синего и желтого – в цвета украинского флага. Вообще все украинские тенденции сейчас очень популярны в Европе. Например, косы. Популярное сочетание цветов – черное и красное, тоже связано с войной. Это и победа, и смерть, и кровь – все в одном флаконе. Также очень много мусульманских тенденций – шаровары, широкая одежда, темные колготки. И дело не в том, что в этих колготках теплее… Сегодня я, кстати, вспомнил один из своих первых приездов в Воронеж. Тогда в моде были обнаженные ноги, и меня в мороз встречала журналистка с голым животом, в прозрачных колготках. На ней была мини в стразах и такая же курточка. Я спросил, не холодно ли ей. Она сказала: «Адреналин играет». У вас тоже адреналин играет, хотя вы одеты сейчас более скромно. И это тоже – дань военному времени.

– Санкции против России как-то отразятся на российской моде? Удастся ли нам привнести национальные мотивы в современную одежду?

– Удастся. Когда я выступил в Думе и порекомендовал использовать русские кокошники в виде свадебного убора, об этом сообщили все! В Интернете была бомба! В СМИ писали: «Васильев рекомендует женщин в Думе переодеть в кокошники». Я никогда такой глупости не говорил. Русский народ так ненавидит все свое исконное, что даже кокошники кажутся дикостью.

– Свадьба в кокошнике, на мой взгляд, красиво!

– Красиво – не то слово! Но большинство негативно относится к этой идее; крестьянские корни дают о себе знать. У большинства населения России бабушка еще в деревне, и сами они приехали оттуда недавно. Народ боится своих корней. Люди чувствуют, что не стали еще достаточно городскими, а их опять туда же тянут – на огород.

Хранитель, а не вандал

– Александр Александрович, вы – обладатель уникальной частной коллекции костюмов и платьев, начиная с XVII века и до наших дней…

– Да, это так. Коллекция находится во Франции и постоянно пополняется. У меня сейчас открыто шесть выставок одновременно. Шесть!

– Никогда не хотелось что-нибудь из этих нарядов примерить на себя?

– Я же не фетишист...

–Ну, какую-нибудь брошечку старинную…

– Я и так ношу старинные брошки в изобилии. Но брать платья из коллекции… Я хранитель музея, а не вандал! Это вандалы надевают на себя музейные шляпы или пелерины. А я никогда никому не даю ничего даже примерить. Если кто и трогает экспонаты руками – то только в белых перчатках. У меня 25 сотрудников, но я даже в мыслях не держу, что кто-то придет, что-то напялит и будет фотографироваться. Кроме того, прежде люди были другого формата. Мужчины – метр шестьдесят, женщины – метр пятьдесят. Я – не самого высокого роста: 1 м. 76 см. Не великан, не борец сумо. Но на мне ничего не застегнется из моих экспонатов.

– Одна из выставок вашей коллекции проходит в московском ГУМе, и там очень много нарядов современных звезд. Они сами вам предлагают свою одежду?

– Бывает, сами. Иногда мои ассистенты звонят в их пиар-службы и спрашивают, не хотят ли они что-то передать на выставку. И большинство артистов – таких процентов 80 – хотят! Правда, бывают исключения. Эдита Пьеха, к примеру, отказалась. Сказала, что когда она уйдет из этой жизни, будет создан прекрасный музей ее имени, там и должны храниться все наряды. Эдита Станиславовна считает, что этот музей будут посещать миллионы. Ну… не факт.

– Кто из современных звезд хорошо одевается? Вы же часто комментируете звездные «луки»… Слуцкой вот досталось от вас недавно...

– Я всех критикую! Сегодня мне позвонила ведущая программы «Жить здорово» Елена Малышева. Минут 15 благодарила за критику, которую я опубликовал на ее счет в журнале «7 дней», а потом сказала, что это очень полезно. Она прочла вслух статью своим стилистам и парикмахерам, велела поменять ей прическу, завести новые оправы для очков, примерить новые «луки». А затем вызвать Васильева на программу «Жить здорово» и сделать показательное переодевание с ним. Вот с каким энтузиазмом Малышева приняла критику из моих уст! То же самое было и с Верой Брежневой. Я подверг ее наряды критике, и Вера перешила платье. И передала его мне с припиской: «Надеюсь, теперь оно вам понравится?» После того, как я ее критикнул, Брежнева стала одеваться хорошо. Звезды вообще меня боятся.

Покусился на достояние

– А кто-нибудь из известных личностей обижался на вас?

– А как же! Одна из самых вульгарных певиц, Лолита, очень расстроилась, когда я написал, что она обожает обтягивающий трикотаж. Ее фигура неидеальна, и часто из под нарядов предательски видны резинки нижнего белья. В связи с этим я порекомендовал приобретать ей одежду на размер-два больше, чтобы это не было так явно... Лолита позвонила в редакцию журнала и заявила, что не приемлет критики, так как «господин Васильев и сам не является обладателем прекрасной фигуры». А также возмутилась, как я вообще мог замахнуться на «национальное достояние».

По словам Лолиты, когда она видит меня в «Модном приговоре» в «одних и тех же» красных брюках, то сразу выключает телевизор. Из чего следует, что мою программу она смотрит регулярно. Я, кстати, не так уж и часто появляюсь там в красных брюках, причем этих брюк у меня достаточное количество – и широкие, и узкие... Я ношу узкие брюки не потому, что горжусь формами своей икры, хотя танцевал в молодости; этого требует редактор. Дело в том, что студия в «Модном приговоре» красного цвета с оттенками черного и золотого. На фоне этих радикальных могущественных цветов все полутона выглядят выцветшими, застиранными и недостаточно активными. Черные брюки тоже нельзя – трон, на котором я сижу, черного цвета. С черными брюками получится «отрезанной» нижняя часть. И создастся оптическая иллюзия, что я инвалид. Эдакий человек-пиджак.

– Звезды вам приплачивать должны за советы, пусть и с долей критики...

– Мне достаточно все приплачивают, не жалуюсь. Я вообще всем доволен! У нас в стране мало кто решается критиковать объективно, а не на уровне «нравится-не нравится», «интуитивно». Меня тоже критикуют в Интернете, но обычно безосновательно. Мол, мне Васильев что-то не нравится. Для меня это не аргумент.

Вместо Бабкиной – Клара Новикова

– В передаче «Модный приговор» вы высказываетесь довольно резко…

– Многим не нравится, когда на передаче мы начинаем осуждать обвиняемую. Но программа называется «Модный приговор», а не «Модный комплимент». Если у женщины все в порядке, она, простите, не пойдет на передачу раскрывать свою душу на всю страну. И рассказывать, сколько раз ее муж пил-бил, выгонял из дому. Как правило, на экране ценится ТЖД – тяжелая женская доля. Если нет составляющей ТЖД, героиню не возьмут ни в одну передачу. Потому что по ту сторону экрана в большинстве своем сидят женщины с тяжелой судьбой, и им интересно посмотреть на ту, которой еще хуже. И многие никогда не решатся прийти на программу по разным причинам – хотя бы потому, что живут далеко. На программу приходит множество писем из разряда: «А когда вы приедете в небольшой аул под Душанбе, а то мы сами приехать не можем. Может, вы с Эвелиной заглянете к нам, разберете наш гардероб?»

– Большое количество писем – показатель востребованности!

– Причем огромной! Этим летом у большинства программ на телеканалах упали рейтинги – все смотрели только новости из-за войны на Украине. Людям было не до развлекалова. Но рейтинг «Модного приговора» остался высоким.

–А программы-конкуренты вы смотрите?

–У меня нет на это времени. Я знаю, что на других каналах есть передачи-клоны, но они пришли после успеха «Модного приговора». Вообще все после кого-то делать гораздо легче, причем в любой области – в музыке, живописи, литературе, разведении собак... Проще повторить чей-то успех, сымитировать, чем создать что-то свое. Но мы не жалуемся. У нас, кстати, скоро будет новая ведущая – сейчас пробуем на роль судьи Клару Новикову. Уже отсняли с ней пробные четыре программы, ждем утверждения. Начнем показывать их до Нового года, посмотрим, как телезрители отнесутся, каким рейтинг будет, что в Интернете напишут. Сразу ведь никому контракт не подписывают.

– А куда делась Надежда Бабкина?

– Она же стала депутатом, и теперь все время сидит в Думе на заседаниях, которые нельзя отменить. Она личный друг Владимира Владимировича Путина, поэтому ее с коллективом «Русская песня» частенько отправляют в командировки, когда надо показать русские корни. Для русской атмосферы надо позвать какую-нибудь знаменитую актрису – пожалуйста, Надя Бабкина! Раньше по заграницам ездило много иностранных делегаций – сейчас, думаю, будет все меньше и меньше…