Храмы и люди

Изостудия художника Геннадия Платонова вынесла на зрительский суд творчество учащихся. Это, насколько я поняла, не маленькие дети – подростки; под руководством своего мастера они освоили тему, требующую не столько специальных знаний, сколько личностного осмысления: «Храмы города Воронежа».

Изостудия – не новичок в деле составления коллективных выставок юных художников. Она существует уже пять лет, и до сегодняшнего показа в «Нефте» провела две выставки под названием «Наш город Воронеж». По словам Геннадия Платонова, уже в тех экспозициях были работы, заставившие его подумать об организации храмового вернисажа.

Семимесячные создания

Выставка получилась довольно большой: тридцать с лишним графических листов, выполненных в технике пастели. Зритель, возможно, удивится тому, что в Воронеже – так много храмов, церквей и церквушек. Это обстоятельство оправдывает появление работ студийцев на одной из самых престижных городских площадок: иллюстрировать современность и воссоздавать историю в картинках – весьма похвальное занятие для поколения «детей индиго». Впрочем, это – вряд ли о питомцах Платонова.

Долгих семь месяцев ребята добросовестно изучали материал: проводились пленэрные «вылазки», уроки по этнографии, культуре и истории края. И, конечно, с особым тщанием осваивался архитектурный церковный стиль; создавать изображения по заявленной тематике – большая ответственность.

– Мы много ходили по городу, смотрели разные места и объекты, – рассказал руководитель. – Использовали фотосъемку – не для того, чтобы с фотографии рисовать, а для точного воспроизведения деталей, элементов: приходилось иметь дело со сложным декором. Как правильно изобразить пилястры, карниз, колонны? Ребятам было важно понять, как создан тот или иной храм с точки зрения строителя.

Опыт – дело наживное

Сами авторы, однако, говоря про подход к делу, сосредоточились на другом аспекте – духовном. Хотелось, делились, передать свое отношение к изображаемому месту или строению. Тем более что в ряду последних – много культовых сооружений с конкретной, известной местному краеведению историей; ее и надо было пропустить через себя, чтобы «картинка» получилась живой.

Этот момент, думается – при всем уважении к творчеству студийцев – все-таки дело будущего: пока ученики смотрят на мир глазами своего учителя, что естественно. Где брать собственный жизненный опыт, если самой жизни – еще чуть больше десятилетия? Поэтому работы получились очень ровными – до одинаковости. Возможно, сработало на такой эффект и то обстоятельство, что все рисунки сделаны пастелью.

– Я думал над этим, – соглашается Платонов – хотел сначала разбавить пастель акварелью и гуашью, чтобы избежать однообразия. Но потом решил все-таки остановиться на пастельных листах: это самая простая техника для ребят. А маслом они пока еще не пишут.

Выскажу не очень естественную для художественной выставки вещь: не так и важно, до какого уровня поднялись студийцы в данный момент времени. Куда важнее то, что руководителю удалось увлечь подопечных непростой темой, сплотить их вокруг нее. Причем это явление – не навязанное «взрослой» волей: когда ребенку неинтересно – ни в какую изостудию он ходить не будет.

И вот еще что показалось любопытным: рисунок воспроизводит храм, но практически на каждом – люди. Сюжетная, населенная картинка получается; значит, в подростковом сознании отношения «храм – прихожанин» – жизненные, обиходные. А это уже мировоззренческая определенность.