Хорошо забытое старое
Свежая информация для воронежцев, всерьез интересующихся местными культурой, историей и краеведением: Воронежский областной литературный музей имени И.С. Никитина ищет новые интересные формы работы. И находит: на днях на Плехановской, 3 (адрес советую запомнить – пригодится) состоялись первые историко-литературные чтения.
Как поясняют организаторы, чтения станут систематическими: их планируют сделать ежемесячными. На март, к слову, уже сверстана полная программа музейных мероприятий – на некоторые ее предложения «Берег» собирается отозваться. Поскольку кроме вторых чтений, намеченных на 23-е, будет чем впечатлиться: в афише значатся концерты, заседания православной и литературно-музыкальной гостиных, творческие вечера, встречи за круглым столом.
Место встречи
– Мы очень заинтересованы в людях, которые не только придут на наши мероприятия, но будут сами инициировать какие-то акции, проекты и встречи, – обозначила принципиальную позицию директор учреждения Светлана Деркачева. – Это важно для развития концепции работы музея.
Что касается собственно историко-литературных чтений, смысл их рождения сформулировал заместитель директора музея по научной работе Павел Попов.
– Наши чтения отличаются от краеведческих, которые проводятся в других городских учреждениях, тем, что организованы немножко в другом формате. Они задуманы как клуб встреч людей, желающих либо поделиться интересной информацией, находками и соображениями по истории литературной, музейной, иной культурной жизни края, либо узнать о них. На чтениях будут встречаться и общаться (не только друг с другом – со всеми заинтересованными участниками мероприятия) известные краеведы и литературоведы области. Кроме того, музей на момент чтений может стать местом встреч школьников и студентов, изучающих литературное краеведение. А сотрудники различных музеев получат возможность делиться опытом, обсуждать проблемы и специфику музейной работы.
Надо думать, по мере воплощения такой заявки в реальность возникнут неведомые доселе (и, соответственно, не озвученные) нюансы – всякое живое дело по ходу событий раздвигает рамки, предложенные изначально намеченной схемой. Так или иначе, пока есть повод поговорить о том, что произошло на чтениях номер один.
Сага о Веневитиновых
Остановлюсь прежде всего на аудитории: она оказалась многолюдной. И, скажем так, многопрофильной, объединившей специалистов разных направленностей. Показатель, говорящий о том, что замысел музейщиков мертворожденным не будет. А это обстоятельство – едва ли не главенствующее в деле внедрения любой новации: отозвались на нее посвященные, которые, как говорится, сами с усами – значит, в скором будущем можно ждать решительных шагов «вперед и выше».
Немаловажно подчеркнуть еще одну организационную тонкость, проговоренную Павлом Поповым: чтения будут проходить исключительно в хронологическом порядке. То есть – не по рангам-ранжирам-алфавиту имен выступающих. Принцип предполагается четкий: потихоньку двигаться от XVII века к XXI.
Темы, выбранные для выступлений первого клубного заседания, развернулись довольно широким спектром. «Старт» лекционной программы доверили Валерию Расторгуеву, председателю областного совета краеведов. Валерий Иванович обратился к истории рода Веневитиновых, рассказал о нерастиражированных архивных находках. Традиционно считалось, что один из предков знаменитого поэта Дмитрия Веневитинова, Антон Веневитинов, при ПетреI был смотрителем лесов. Из доклада Расторгуева стало, однако, ясно: это куда более крупная фигура. Ни больше ни меньше – организатор первых кораблестроительных работ.
Этапы большого пути
Объектом внимания второго сообщения, которое делал сам Павел Попов, явился дом поэта Алексея Кольцова на Большой Дворянской. Павел Александрович, остановившись на его облике и сохранности, вразумил: мемориальная доска на доме №46 по проспекту Революции много лет вводит воронежцев и гостей города в заблуждение. Поэт жил не «на этом месте», а в этом самом доме. Как превратить здание в полноценную достопримечательность центра Черноземья? Не пруд пруди ведь у нас (да и вообще в российских населенных пунктах) подобных ценностей…
Следом выступил главный библиотекарь отдела краеведения Воронежской областной универсальной научной библиотеки им. И.С. Никитина Борис Фирсов. Он «окунулся» в историю Воронежского губернского музея, сообщив: первый музей Воронежа появился 120 лет назад, в 1892 году. И – как раз в том здании, где сегодня располагается литературный музей. «Предок» нынешнего учреждения был отнюдь не формальной структурой: дореволюционные и советские краеведы собирали под его своды настоящие раритеты.
О литературном музее периода девяностых вспомнил его первый директор, писатель Виктор Будаков. Виктор Викторович подтвердил общеизвестное: это были нелегкие годы в истории воронежской культуры. Средств на содержание музеев катастрофически не хватало. И надо было очень и очень постараться, чтобы развивать свое детище.
Доросли до Бунина?
Узнав о теме сообщения студентки ВГАСУ Елизаветы Литвиновой, я, признаться, внутренне возликовала. Есть у меня мечта – увидеть в Воронеже музей Ивана Бунина. Эпопея с ее воплощением достойна детективной интриги: сколько помню себя (в журналистской, естественно, жизни), вопрос об организации Бунинского музея активно вставал. И не менее активно падал: ну не находилось в городе вариантов, при которых проблема расселения жильцов из родового гнезда первого российского Нобелевского лауреата разрешилась бы к удовлетворению всех сторон! Хилые для подобных «революций» у нас ресурсы…
Впрочем, с ресурсами и посейчас ясности нет: мне кажется, прежде всего потому, что вопрос организации Бунинского музея давненько никто не обострял. И вот – свершилось! Елизавета Литвинова представила эскизный проект комплекса (в просторечии – филиала) литературного музея на проспекте Революции: он предполагает превращение усадьбы, где родился Иван Алексеевич, в полноценный музей его имени. Согласно замыслу архитекторов, реконструируется также соседний памятник истории и архитектуры – «казарма Арнольди».
– Одна из старейших усадеб Воронежа, усадьба Германовской, расположенная по адресу: проспект Революции д. 3 и 3а, является фрагментом городского исторического ландшафта, сохранившего основную часть исторической территории и характерные черты, типичные для городской усадьбы первой половины XIX века, – поясняет Елизавета. – Кроме того, эта усадьба обладает мемориальной ценностью – как место, связанное с рождением Ивана Алексеевича Бунина. Здесь он родился в октябре 1870 года и прожил до четырехлетнего возраста; местонахождение дома было установлено по воспоминаниям племянника писателя Ласкаржевского, сына младшей сестры Бунина.
Казарма – современникам
Известно, что во флигеле с 1960-го по 1980-й годы жил общественный деятель, коллекционер, мемуарист Петровский; его прямые потомки по линии дочери занимают сейчас главный усадебный дом. А во флигеле с 2006 года размещается редакция журнала «Подъем». Дом же Волконского, советника Воронежского наместнического правления (та самая «казарма Арнольди»), расположенный рядом с усадьбой, – одно из самых старых зданий в застройке главной улицы города; оно возведено в XVIII веке. В 1853 году дом перешел к жене капитана Арнольди, в 1869-м его приобрела квартирная комиссия, занимавшаяся расквартированием армейских частей. Вплоть до гражданской войны здание использовали как казарму. А в настоящее время оно отдано под студенческое общежитие.
– Предлагаю произвести реставрацию двух памятников и приспособить усадьбу Германовской под литературный музей им. Бунина, – говорит автор проекта. – Для реставрации и воссоздания интерьеров я взяла за основу архивные фотографии флигеля усадьбы, сделанные приблизительно во время проживания там Петровского, а также аналоги интерьеров конца XVIII века, используемые литературными музеями.
Казарму Арнольди, по замыслу Литвиновой, можно приспособить под филиал Воронежского областного литературного музея, посвященный воронежским писателям XX века (для размещения их «фамильных» экспозиций места в основном здании не хватает).
– Объединив территории двух объектов и убрав все диссонирующие поздние постройки, следует произвести комплексное благоустройство территории, – считает Елизавета. – Проложить сеть пешеходных дорожек, продумать наружное освещение, создать открытую автостоянку для посетителей. И установить памятник Бунину напротив флигеля усадьбы Германовской. А для привлечения общественности на территории «казармы Арнольди» необходимо возвести новое здание – с концертно-литературным залом на 120 мест, помещениями для временных выставок, кафе с летней террасой и амфитеатром.
