Газета,
которая объединяет

Приглашение в «Золотой павильон»

Завтра в «Х.Л.А.М.е» откроется новая выставка
Рубрика: – от
Автор:

Скульптура, живопись, графика, созданные молодым воронежским художником Иваном Горшковым… Набор, без преувеличения джентльменский, объединен автором в экспозицию «Золотой павильон». Выставка откроется в пятницу в 18.00 в галерее современного искусства «Х.Л.А.М.».

«Милые враги Милые друзья Вы нам дороги Мы одна семья», – цитирует бродячего ученого Псоя Короленко один из самых ярких представителей «воронежской волны», анонсируя свою персональную выставку. И делится размышлениями концептуального характера.

– Рассказывать о художественной жизни Воронежа – все равно что рассказывать сказку, – считает Иван. Об этой жизни ничего не знают ни воронежцы, ни иногородние. А кто и знает – говорят противоположные вещи. Одни думают, что в нашем городе фонтанируют ультрасовременные выставки с многомиллионными бюджетами, другие – что в этой дыре никогда не было ни одного художника. И что такое «воронежская волна»? Главная надежда российского искусства или выдумка кучки неудачников?..

Вопрос лучше оставить без ответа, потому что он – любой – вряд ли устроит все заинтересованные стороны. Примем же как должное тот факт, что у Ивана есть собственные убеждения на этот счет – вполне, сдается, «заразительные».

– Пространство небольшого культурного сообщества города кажется сотканным из карикатур и небылиц. Приятно осознавать себя одним из этих сказочных персонажей, участвовать в чудных битвах и пировать в летучих дворцах, – предваряет Горшков завтрашнее событие. – Эта выставка о самом родном и близком, самом важном и естественном – о моем городе, о людях, о сообществе, о друзьях и врагах. Она напоминает то ли родовое поместье, то ли зал славы, то ли доску почета, то ли фамильный склеп. Перед нами предстают лица и персонажи, сами собой напрашиваются истории и легенды, с ними связанные: кутежи, ритуалы, Петр I, величие, могущество. Возникает силуэт того самого «локального контекста», который – групповой портрет воронежского клана. Портреты врагов и друзей будто тают, намекая на собственную эфемерность. Они нужны художнику, как нужен диалог, и подчас не принципиально, настоящие это вещи или воображаемые…